Автор: Парус . 23.07.2010 10:07
Показов: 4,583

Речь, произнесенная Розой Отумбаевой на первом заседании так называемого «технического правительства», как мне показалось, была задумана ею как некое программное выступление, характеризующее общие направления деятельности этого органа на ближайшую перспективу. Не скрою, я ожидал, когда же появятся какие-то концептуальные или хотя бы тактические тезисы, описывающие программу действий нового правительства в сфере экономики. Будем считать, что презентация этих краткосрочных задач состоялась, что дает всем заинтересованным лицам право анализировать их, высказывая собственные предложения.

За то короткое время, в течение которого мне пришлось поработать на государственной службе, я получил возможность проанализировать некоторые экономические и финансовые процессы, проистекающие в нашем государстве, сформировав собственное видение и отношение к ним. Это обстоятельство дает мне определенные основания надеяться, что мой анализ может вызвать некоторый интерес у общественности

Конечно, настоящая публикация не может претендовать на полноту и охват всей проблематики анализируемых тезисов. В большей степени я попытался провести некоторый краткий обзор озвученных идей, напомнив или сообщив об уже ранее исследованных аспектах этих направлений.

1. Донорская конференция.

В качестве первой задачи «технического правительства» было презентовано проведение 27 июля так называемой «донорской конференции» с указанием, что иностранная и международная помощь является существенной составляющей его усилий и программ.

Знаковым является возвращение в лексикон наших властей термина «донор», который навязывался нам международными организациями на протяжении всей нашей новейшей истории, и от употребления которого с большими усилиями нам удалось отказаться лишь в последнее время. То есть наша страна вновь считает себя беспомощным неизлечимо больным калекой, существование которого обеспечивается только за счет инъекций внешней донорской помощи.

Состав такой помощи всем очень хорошо известен. Грантовая поддержка будет, как всегда, обусловлена такими процедурами и правилами, которые обеспечат перераспределение выделенных средств подконтрольным этим же международным организациям подрядчикам или же принятием Кыргызской Республикой кабальных обязательств по фактическому ухудшению экономической ситуации и недопущению самостоятельного развития.

Но основную часть такой донорской помощи составят возвратные кредиты, которые вновь лягут непосильным бременем на государственный бюджет. Более того, выдача этих кредитов будет сопровождаться обязательствами безвозмездной раздачи этих денег опять-таки через механизмы этих доноров. А возвращать эти деньги придется всем налогоплательщикам. Население должно четко понимать, что именно оно является фактическим донором правительства, поскольку возврат внешнего государственного долга производится за счет доходов бюджета, которые в свою очередь формируются из налоговых поступлений.

И если в ранее утвержденном бюджете (который сейчас подлежит секвестированию из-за невыполнения его доходной части) расходы по обслуживаю государственного долга составляли более 13 % от общих затрат, то к 2015 году еще тогда прогнозировался рост удельного веса таких расходов в несколько раз. А при новых заимствованиях и снижении в бюджете доходной части наша страна может получить дефолт гораздо раньше этого срока.

На мой взгляд одним из немногих правильно структурированных заимствований за всю историю независимости Кыргызстана можно считать так называемый российский кредит в 300 млн.долларов. Схема его обслуживания через Фонд развития позволяла без нагрузки на государственный бюджет обеспечивать выплаты России, как процентов, так и основного долга. В революционном угаре эта система была ликвидирована, что нанесло бюджету значительный ущерб от процентных платежей, которые теперь вновь придется выплачивать Минфину России за счет собранных налогов. К слову сказать, я обратился в Генеральную прокуратуру Кыргызской Республики с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении лиц, виновных в нанесении государству описанного ущерба.

Вызывает большое сожаление, что правительство планирует обеспечивать жизнедеятельность нашего государства в большей части за счет донорской помощи. Безусловно, в деле преодоления последствий произошедшей гуманитарной катастрофы внешняя помощь должна являться важной составляющей скорейшего финансирования неотложных мероприятий. Но также должны быть найдены и внутренние источники. А в вопросах экономического восстановления и развития полагаться на зарубежные заимствования, которые, по сути, являются лишь формой отложенных внутренних инвестиций, можно говорить только при четком понимании механизмов их обслуживания. Но такой механизм в текущей ситуации не создан.

Понятно, что они не оставили для себя другого выхода, поскольку говорить о реальном наполнении бюджета и приходе в страну, где в нарушение законов и международных обязательств национализируются десятки активов, каких-либо инвесторов не приходится. Более того, ускорение процедуры такой национализации провозглашается одной из важнейших задач «технического правительства». Названный подход дает основания полагать, что конструирование зависимого от доноров экономически несостоятельного государства является программной задачей нового правительства.

2. Восстановление и запуск экономики.

Отрадно, что правительством признается прямая зависимость между источником финансирования бюджетных расходов и доверием бизнеса к власти. В то же время вызывают недоумение методы, которыми «техническое правительство» уполномочено улучшать бизнес среду.

Полагаю, что юридические консультанты (если таковые имеются) должны разъяснять государственным деятелям положения Уголовного кодекса, в котором не содержится такого состава преступления, как «бакиевщина». Очевидно, что деловая среда не может улучшиться в стране, где преступления и уголовное преследование являются категориями не правовыми, а политическими.

Для меня также остается загадкой, каким образом ускорение процесса национализации десятков объектов экономики сможет улучшить деловой климат государства. В свое время, когда я участвовал в переговорном процессе по проекту «Кумтор», вопрос о возможностях и процедурах национализации прорабатывался достаточно глубоко с привлечением ведущих международных правовых и финансовых консультантов. И даже тогда, когда имелась сильная юридическая позиция в международных судах и были исследованы соответствующие претенденты с проведением полного финансового анализа, правительству было рекомендовано не проводить подобные процедуры с учетом потенциальных рисков, в том числе связанных с ухудшением инвестиционной среды.

Вызывает недоумение поставленная перед правительством задача «заставить» инвесторов активизировать работы, в частности, по освоению месторождений. Видимо про законодательно закрепленную норму о свободе инвестиций в Кыргызской Республике сейчас предпочитают забыть. Государство вправе контролировать исполнение инвестиционных обязательств. Оно также обязано в рамках закона или договора применить к недобросовестным инвесторам меры ответственности. Но заставлять их проводить какие-то инвестиционные действия государство не вправе.

3. Таможенный союз.

Вызывает обеспокоенность и формулировка поручения правительству о взаимоотношениях Кыргызской Республики с Таможенным союзом. Здесь вновь прослеживается желание прикрыть истинные политические мотивы, связанные с нежеланием входить в единое таможенное пространство, заявлениями о «выработке общей позиции республики с учетом обязательств в рамках ВТО». Наверняка через определенное время будет сформулировано экспертное мнение о том, что вступлению Кыргызстана в Таможенный союз препятствуют наши обязательства перед Всемирной Торговой Организацией, и нам необходимо отложить этот вопрос до момента вступления в ВТО Российской Федерации, Казахстана и Белоруссии.

Однако, обязательства Кыргызской Республики перед Всемирной Торговой Организацией не являются препятствием для вступления нашего государства в Таможенный союз. Генеральное соглашение ВТО по тарифам и торговле (статья XXIV) и Генеральное соглашение ВТО по торговле и услугам (статья V) допускает участие члена ВТО в региональных таможенных союзах.

Для незамедлительного вступления КР в Таможенный союз на общих условиях существует единственная процедурная проблема – невозможность единовременного присоединения страны к Единому Таможенному Тарифу государств-участников Таможенного союза, поскольку Кыргызская Республика имеет обязательства перед ВТО по максимальным ставкам таможенных пошлин.

К примеру, средняя ставка Таможенного тарифа КР за 2008 года составляет около 5 %. В Российской Федерации и Республики Беларусь среднеарифметическая ставка тарифа равна 11 %, а в Казахстане – 9,7 %. В действующем Таможенном тарифе Кыргызской Республики совпадение с Единым Таможенным Тарифом стран-участниц Таможенного союза установлено по 1922 товарным позициям, а расхождение существует по 2139 товарным позициям. При этом по тарифным обязательствам КР перед ВТО расхождение с Единым Таможенным Тарифом составляет по 1023 товарным позициям.

Однако, Кыргызская Республика имеет право начать вторичные переговоры по изменению своих тарифных обязательств перед ВТО в рамках статьи XXVIII Генерального соглашения ВТО по тарифам и торговле. Это означает открытие республикой консультаций с проявившими интерес участниками ВТО через рабочий орган этой организации. Кыргызская Республика зарезервировала за собой право вносить изменения в свой Перечень обязательств по тарифам в рамках статьи XXVIII: 5 Генерального соглашения ВТО по тарифам и торговле. Это право действительно до 31 декабря 2011 года.

Возможным вариантом скорейшего вступления Кыргызской Республики в Таможенный союз могло бы стать присоединение нашего государства ко всем договоренностям России, Казахстана и Белоруссии с установлением переходного периода для применения нами Единого Таможенного Тарифа до завершения вторичных переговоров с ВТО по приведению в соответствие тарифа КР с Единым Таможенным Тарифом. При этом Кыргызская Республика может незамедлительно нотифицировать (уведомить) ВТО о своем намерении участвовать в Таможенном союзе и начать процедуру вторичных переговоров.

4. Камбаратинская ГЭС-2 и Датка-Кемин.

Вызывает оптимизм тот факт, что были восприняты наши усилия по развитию энергетической системы государства. Однако, судя по высказываниям, влияние в этом вопросе получили все те же лица, которые бездумно лоббировали возведение энергетических объектов любой ценой, невзирая на реальную эффективность и риски этих проектов.

Получив правительственное поручение продолжить финансирование строительства и введения в эксплуатацию Камбаратинской ГЭС-2 через механизмы Фонда развития, мы постарались обеспечить нормальные условия финансирования и окупаемости данного объекта. Были проведены значительные исследования проекта, результаты которых дают мне право усомниться в правильности планов о строительстве в текущем моменте второго и третьего гидроагрегатов Камбаратинской ГЭС-2.

Проблематика данного проекта заключается в том, что без организации водохранилища ГЭС «Камбар-Ата 1» эффективность второго и третьего агрегатов ГЭС-2 катастрофически снижается. Так, если первый гидроагрегат без водохранилища ГЭС-1 сможет функционировать на уровне 76,9 % от проектной мощности (797 млн. кВт.ч. в год), то второй агрегат будет вырабатывать электроэнергию только на 26,9 % своей мощности (279 млн.кВт.ч. в год), а третий – не более 6,9 % (72 млн.кВт.ч в год). Диспропорция эффективности очевидна. А с учетом сниженных тарифов на электроэнергию, когда окупаемость и первого агрегата ставится под большой вопрос, говорить о правильности решения о возведении второй и третьей очередей этой станции, по меньшей мере, непрофессионально.

Как мне кажется, и другие серьезные проблемы проекта не получили достаточного изучения. А в их число входят такие серьезные вопросы, как заиление водохранилища за счет стоков твердых частиц, образование на водохранилище в зимний период так называемых заберегов (полос льда у берега) и зажоров (скопление шуги с включением мелкобитого льда в русле водотока), что может вызвать поломки и разрушения механизмов гидроагрегатов. Имеются существенные проблемы соединения ГЭС с энергосистемой, так как в текущий момент возможно подсоединение только к местной сети 110 кВ, что позволит использовать генерируемую станцией электроэнергию лишь в Токтогульском районе. А в этом регионе дополнительные мощности вообще не нужны. Существует также ряд других технологических, коммерческих и операционных вопросов.

Принимая решение о финансировании первого агрегата, Фонд развития учитывал вышеизложенные аспекты, оформив соответствующие обязательства и получив необходимые гарантии. Но с момента ликвидации Фонда контролировать и разрешать в правовом поле указанные проблемы не представляется возможным.

Из выступления Отумбаевой становится совершенно ясно, что «техническое правительство» намеривается продолжить сложившуюся до создания Фонда развития порочную практику бездумного и бесконтрольного расходования бюджетных инвестиций в энергетике без элементарной оценки эффективности и анализа рисков.

Вместо реализации очевидно нерентабельных и опасных прожектов, коим является возведение второго и третьего агрегатов ГЭС-2, правительству следовало бы установить в качестве приоритета возобновление сотрудничества с российской стороной по возведению Камбаратинской ГЭС-1, которое позволило бы в будущем на совершенно иных экономических и технических основаниях провести завершение полного цикла второй Камбар-Аты.

Строительство же подстанций Датка и Кемин, а также ЛЭП 500 кВ «Датка-Кемин» является полностью проработанным и согласованным с китайской стороной вопросом. Однако, снижение тарифов на передачу электроэнергии также поставило под вопрос эффективность этого проекта.

5. Создание Банка развития.

Приятно удивило то, что, несмотря на все политические аспекты, фактически было высказано одобрение выбранной нами концепции существования корпоративной структуры для управления средствами развития. Вызывает лишь сожаление то, что высказанная идея все же не является полностью последовательной и содержит в себе явно выраженный внутренний конфликт.

Говоря о создании банка развития, госпожа Отумбаева видимо исходила из необходимости сформулировать хоть какие-то отличия от концепции ранее существовавшего Фонда развития. Но преследуя вполне объяснимую политическую цель, правительство может полностью исказить здоровую идею, не добившись при этом желаемого результата.

Формулируя концепцию создания банка развития, «техническое правительство» по всей вероятности не получило полного анализа данного вопроса. Так, от их внимания ускользнула статья 1 Закона Кыргызской Республики «О банках и банковской деятельности» от 29 июля 2007 года № 60. Согласно ей банками в Кыргызской Республике являются финансово-кредитные учреждения, созданные для привлечения депозитов юридических и физических лиц, других денежных средств и размещения их от своего имени на условиях возвратности, платности, срочности, а также для осуществления расчетов по поручениям клиентов. Очевидно, что для структуры, призванной финансировать проекты развития за счет государственных активов недопустимо привлекать депозиты юридических и физических лиц, а также осуществлять расчеты по поручению клиентов. Для целей корпоративного управления государственными финансами необходимо финансово-кредитное учреждение другого вида, нацеленное именно на ограниченный круг кредитно-денежных операций, которые необходимы непосредственно для осуществления инвестиционной деятельности.

Наиболее подходящей формой такой организации является Фонд развития, созданный в виде специализированного финансово-кредитного учреждения с корпоративной структурой управления, позволяющей избежать излишнего административного давления государства, а также обеспечить адекватную систему управления рисками и прозрачный механизм учета и контроля.

Использование такой формы финансирования проектов развития позволяет также минимизировать инвестиционные риски. Кроме того, при такой структуре появляется возможность использования механизмов государственно-частного партнерства, позволяющего привлечь частные деньги на совместное с государством финансирование проектов развития, что, кроме всего прочего, оказывает положительное влияние на инвестиционный климат и деловую среду.

Думается, что ради успешного развития государства следует отбросить политические и личностные амбиции. Именно такой государственный подход позволит обеспечить реальное улучшение экономической ситуации и вновь запустить механизмы развития Кыргызской Республики.

Алексей Елисеев, адвокат

(по электронной почте)

Июльские тезисы Розы Отунбаевой

Речь, произнесенная Розой Отунбаевой на первом заседании так называемого «технического правительства», как мне показалось,  была задумана ею как некое программное выступление, характеризующее общие направления деятельности этого органа на ближайшую перспективу. Не скрою, я ожидал, когда же появятся какие-то концептуальные или хотя бы тактические тезисы, описывающие программу действий нового правительства в сфере экономики.

Будем считать, что презентация этих краткосрочных задач состоялась, что дает всем заинтересованным лицам право анализировать их, высказывая собственные предложения.

За то короткое время, в течение которого мне пришлось поработать на государственной службе, я получил возможность проанализировать некоторые экономические и финансовые процессы, проистекающие в нашем государстве, сформировав собственное видение и отношение к ним. Это обстоятельство дает мне определенные основания надеяться, что мой анализ может вызвать некоторый интерес у общественности

Конечно, настоящая публикация не может претендовать на полноту и охват всей проблематики анализируемых тезисов. В большей степени я попытался провести некоторый краткий обзор озвученных идей, напомнив или сообщив  об уже ранее исследованных аспектах этих направлений.

1. Донорская конференция.

В качестве первой задачи «технического правительства» было презентовано проведение 27 июля так называемой «донорской конференции» с указанием, что иностранная и международная помощь является существенной составляющей его усилий и программ.

Знаковым является возвращение в лексикон наших властей термина «донор», который навязывался нам международными организациями на протяжении всей нашей новейшей истории, и от употребления которого с большими усилиями нам удалось отказаться лишь в последнее время. То есть наша страна вновь считает себя беспомощным неизлечимо больным калекой, существование которого обеспечивается только за счет инъекций внешней донорской помощи.

Состав такой помощи всем очень хорошо известен. Грантовая поддержка будет, как всегда, обусловлена такими процедурами и правилами, которые обеспечат перераспределение выделенных средств подконтрольным этим же международным организациям подрядчикам или же принятием Кыргызской Республикой кабальных обязательств по фактическому ухудшению экономической ситуации и недопущению самостоятельного развития.

Но основную часть такой донорской помощи составят возвратные кредиты, которые вновь лягут непосильным бременем на государственный бюджет. Более того, выдача этих кредитов будет сопровождаться обязательствами безвозмездной раздачи этих денег опять-таки через механизмы этих доноров. А возвращать эти деньги придется всем налогоплательщикам. Население должно четко понимать, что именно оно является фактическим донором правительства, поскольку возврат внешнего государственного долга производится за счет доходов бюджета, которые в свою очередь формируются из налоговых поступлений.

И если в ранее утвержденном бюджете (который сейчас подлежит секвестрованию из-за невыполнения его доходной части) расходы по обслуживаю государственного долга составляли более 13 % от общих затрат, то к 2015 году еще тогда прогнозировался рост удельного веса таких расходов в несколько раз. А при новых заимствованиях и снижении в бюджете доходной части наша страна может получить дефолт гораздо раньше этого срока.

На мой взгляд, одним из немногих правильно структурированных заимствований за всю историю независимости Кыргызстана можно считать так называемый российский кредит в 300 млн.долларов. Схема его обслуживания через Фонд развития позволяла без нагрузки на государственный бюджет обеспечивать выплаты России, как процентов, так и основного долга. В революционном угаре эта система была ликвидирована, что нанесло бюджету значительный ущерб от процентных платежей, которые теперь вновь придется выплачивать Минфину России за счет собранных налогов. К слову сказать, я обратился в Генеральную прокуратуру Кыргызской Республики с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении лиц, виновных в нанесении государству описанного ущерба.

Вызывает большое сожаление, что правительство планирует обеспечивать жизнедеятельность нашего государства в большей части за счет донорской помощи. Безусловно, в деле преодоления последствий произошедшей гуманитарной катастрофы внешняя помощь должна являться важной составляющей скорейшего финансирования неотложных мероприятий. Но также должны быть найдены и внутренние источники. А в вопросах экономического восстановления и развития полагаться на зарубежные заимствования, которые, по сути, являются лишь формой отложенных внутренних инвестиций, можно говорить только при четком понимании механизмов их обслуживания. Но такой механизм в текущей ситуации не создан.

Понятно, что они не оставили для себя другого выхода, поскольку говорить о реальном наполнении бюджета и приходе в страну, где в нарушение законов и международных обязательств национализируются десятки активов, каких-либо инвесторов не приходится. Более того, ускорение процедуры такой национализации провозглашается одной из важнейших задач «технического правительства». Названный подход дает основания полагать, что конструирование зависимого от доноров экономически несостоятельного государства является программной задачей нового правительства.

2. Восстановление и запуск экономики.

Отрадно, что правительством признается прямая зависимость между источником финансирования бюджетных расходов и доверием бизнеса к власти. В то же время вызывают недоумение методы, которыми «техническое правительство» уполномочено улучшать бизнес среду.

Полагаю, что юридические консультанты (если таковые имеются) должны разъяснять государственным деятелям положения Уголовного кодекса, в котором не содержится такого состава преступления, как «бакиевщина». Очевидно, что  деловая среда не может улучшиться в стране, где преступления и уголовное преследование являются категориями не правовыми, а политическими.

Для меня также остается загадкой, каким образом ускорение процесса национализации десятков объектов экономики сможет улучшить деловой климат государства. В свое время, когда я участвовал в переговорном процессе по проекту «Кумтор», вопрос о возможностях и процедурах национализации прорабатывался достаточно глубоко с привлечением ведущих международных правовых и финансовых консультантов. И даже тогда, когда имелась сильная юридическая позиция в международных судах и были исследованы соответствующие претенденты с проведением полного финансового анализа, правительству было рекомендовано не проводить подобные процедуры с учетом потенциальных рисков, в том числе связанных с ухудшением инвестиционной среды.                                                                                                                       Вызывает недоумение поставленная перед правительством задача «заставить» инвесторов активизировать работы, в частности, по освоению месторождений. Видимо про законодательно закрепленную норму о свободе инвестиций в Кыргызской Республике сейчас предпочитают забыть. Государство вправе контролировать исполнение инвестиционных обязательств. Оно также обязано в рамках закона или договора применить к недобросовестным инвесторам меры ответственности. Но заставлять их проводить какие-то инвестиционные действия государство не вправе.

3. Таможенный союз.

Вызывает обеспокоенность и формулировка поручения правительству о взаимоотношениях Кыргызской Республики с Таможенным союзом. Здесь вновь прослеживается желание прикрыть истинные политические мотивы, связанные с нежеланием входить в единое таможенное пространство, заявлениями о «выработке общей позиции республики с учетом обязательств в рамках ВТО». Наверняка через определенное время будет сформулировано экспертное мнение о том, что вступлению Кыргызстана в Таможенный союз препятствуют наши обязательства перед Всемирной Торговой Организацией, и нам необходимо отложить этот вопрос до момента вступления в ВТО Российской Федерации, Казахстана и Белоруссии.

Однако, обязательства Кыргызской Республики перед Всемирной Торговой Организацией не являются препятствием для вступления нашего государства в Таможенный союз. Генеральное соглашение ВТО по тарифам и торговле (статья XXIV) и Генеральное соглашение ВТО по торговле и услугам (статья  V) допускает участие члена ВТО в региональных таможенных союзах.

Для незамедлительного вступления КР в Таможенный союз на общих условиях существует единственная процедурная проблема — невозможность единовременного присоединения страны к Единому Таможенному Тарифу государств-участников Таможенного союза, поскольку Кыргызская Республика имеет обязательства перед ВТО по максимальным ставкам таможенных пошлин.

К примеру, средняя ставка Таможенного тарифа КР за 2008 года составляет около 5 %. В Российской Федерации и Республики Беларусь среднеарифметическая ставка тарифа равна 11 %, а в Казахстане – 9,7 %. В действующем Таможенном тарифе Кыргызской Республики совпадение с Единым Таможенным Тарифом стран-участниц Таможенного союза установлено по 1922 товарным позициям, а расхождение существует по 2139 товарным позициям. При этом по тарифным обязательствам КР перед ВТО расхождение с Единым Таможенным Тарифом составляет по 1023 товарным позициям.

Однако, Кыргызская Республика имеет право начать вторичные переговоры по изменению своих тарифных обязательств перед ВТО в рамках статьи XXVIII Генерального соглашения ВТО по тарифам и торговле. Это означает открытие республикой консультаций с проявившими интерес участниками ВТО через рабочий орган этой организации. Кыргызская Республика зарезервировала за собой право вносить изменения в свой Перечень обязательств по тарифам в рамках статьи XXVIII: 5 Генерального соглашения ВТО по тарифам и торговле. Это право действительно до 31 декабря 2011 года.

Возможным вариантом скорейшего вступления Кыргызской Республики в Таможенный союз могло бы стать присоединение нашего государства ко всем договоренностям России, Казахстана и Белоруссии с установлением переходного периода для применения нами Единого Таможенного Тарифа до завершения вторичных переговоров с ВТО по приведению в соответствие тарифа КР с Единым Таможенным Тарифом. При этом Кыргызская Республика может незамедлительно нотифицировать (уведомить) ВТО о своем намерении участвовать в Таможенном союзе и начать процедуру вторичных переговоров.

4. Камбаратинская ГЭС-2 и Датка-Кемин.

Вызывает оптимизм тот факт, что были восприняты наши усилия по развитию энергетической системы государства. Однако, судя по высказываниям, влияние в этом вопросе получили все те же лица, которые бездумно лоббировали возведение энергетических объектов любой ценой, невзирая на реальную эффективность и риски этих проектов.

Получив правительственное поручение продолжить финансирование строительства и введения в эксплуатацию Камбаратинской ГЭС-2 через механизмы Фонда развития, мы постарались обеспечить нормальные условия финансирования и окупаемости данного объекта. Были проведены значительные исследования проекта, результаты которых дают мне право усомниться в правильности планов о строительстве в текущем моменте второго и третьего гидроагрегатов Камбаратинской ГЭС-2.

Проблематика данного проекта заключается в том, что без организации водохранилища ГЭС «Камбар-Ата 1» эффективность второго и третьего агрегатов ГЭС-2 катастрофически снижается. Так, если первый гидроагрегат без водохранилища ГЭС-1 сможет функционировать на уровне 76,9 % от проектной мощности (797 млн. кВт.ч. в год), то второй агрегат будет вырабатывать электроэнергию только на 26,9 % своей мощности (279 млн.кВт.ч. в год), а третий – не более 6,9 % (72 млн.кВт.ч в год). Диспропорция эффективности очевидна. А с учетом сниженных тарифов на электроэнергию, когда окупаемость и первого агрегата ставится под большой вопрос, говорить о правильности решения о возведении второй и третьей очередей этой станции, по меньшей мере, непрофессионально.

Как мне кажется, и другие серьезные проблемы проекта не получили достаточного изучения. А в их число входят такие серьезные вопросы, как заиливание водохранилища за счет стоков твердых частиц, образование на водохранилище в зимний период так называемых заберегов (полос льда у берега) и зажоров (скопление шуги с включением мелкобитого льда в русле водотока), что может вызвать поломки и разрушения механизмов гидроагрегатов. Имеются существенные проблемы соединения ГЭС с энергосистемой, так как в текущий момент возможно подсоединение только к местной сети 110 кВ, что позволит использовать генерируемую станцией электроэнергию лишь в Токтогульском районе. А в этом регионе дополнительные мощности вообще не нужны. Существует также ряд других технологических, коммерческих и операционных вопросов.

Принимая решение о финансировании первого агрегата, Фонд развития учитывал вышеизложенные аспекты, оформив соответствующие обязательства и получив необходимые гарантии. Но с момента ликвидации Фонда контролировать и разрешать в правовом поле указанные проблемы не представляется возможным.

Из выступления Отумбаевой становится совершенно ясно, что «техническое правительство» намеривается продолжить сложившуюся до создания Фонда развития порочную практику бездумного и бесконтрольного расходования бюджетных инвестиций в энергетике без элементарной оценки эффективности и анализа рисков.

Вместо реализации очевидно нерентабельных и опасных прожектов, коим является возведение второго и третьего агрегатов ГЭС-2, правительству следовало бы установить в качестве приоритета возобновление сотрудничества с российской стороной по возведению Камбаратинской ГЭС-1, которое позволило бы в будущем на совершенно иных экономических и технических основаниях провести завершение полного цикла второй Камбар-Аты.

Строительство же подстанций Датка и Кемин, а также ЛЭП 500 кВ «Датка-Кемин» является полностью проработанным и согласованным с китайской стороной вопросом. Однако, снижение тарифов на передачу электроэнергии также поставило под вопрос эффективность этого проекта.

5.  Создание Банка развития.

Приятно удивило то, что, несмотря на все политические аспекты, фактически было высказано одобрение выбранной нами концепции существования корпоративной структуры для управления средствами развития. Вызывает лишь сожаление то, что высказанная идея все же не является полностью последовательной и содержит в себе явно выраженный внутренний конфликт.

Говоря о создании банка развития, госпожа Отумбаева видимо исходила из необходимости сформулировать хоть какие-то отличия от концепции ранее существовавшего Фонда развития. Но преследуя вполне объяснимую политическую цель, правительство может полностью исказить здоровую идею, не добившись при этом желаемого результата.

Формулируя концепцию создания банка развития, «техническое правительство» по всей вероятности не получило полного анализа данного вопроса. Так, от их внимания ускользнула статья 1 Закона Кыргызской Республики «О банках и банковской деятельности» от 29 июля 2007 года № 60. Согласно ей банками в Кыргызской Республике являются финансово-кредитные учреждения, созданные для привлечения депозитов юридических и физических лиц, других денежных средств и размещения их от своего имени на условиях возвратности, платности, срочности, а также для осуществления расчетов по поручениям клиентов. Очевидно, что для структуры, призванной финансировать проекты развития за счет государственных активов недопустимо привлекать депозиты юридических и физических лиц, а также осуществлять расчеты по поручению клиентов. Для целей корпоративного управления государственными финансами необходимо финансово-кредитное учреждение другого вида, нацеленное именно на ограниченный круг кредитно-денежных операций, которые необходимы непосредственно для осуществления инвестиционной деятельности.

Наиболее подходящей формой такой организации является Фонд развития, созданный в виде специализированного финансово-кредитного учреждения с корпоративной структурой управления, позволяющей избежать излишнего административного давления государства, а также обеспечить адекватную систему управления рисками и прозрачный механизм учета и контроля.

Использование такой формы финансирования проектов развития позволяет также минимизировать инвестиционные риски. Кроме того, при такой структуре появляется возможность использования механизмов государственно-частного партнерства, позволяющего привлечь частные деньги на совместное с государством финансирование проектов развития, что, кроме всего прочего, оказывает положительное влияние на инвестиционный климат и деловую среду.

Думается, что ради успешного развития государства следует отбросить политические и личностные амбиции. Именно такой государственный подход позволит обеспечить реальное улучшение экономической ситуации и вновь запустить механизмы развития Кыргызской Республики.

В Бишкекский городской суд

Заявитель (истец по делу):

Елисеев Алексей Александрович,

г.Бишкек, ул.Семашко, д.5, кв.14

тел. (0775) 978-555

Ответчики:

1) Бекназаров Азимбек Анаркулович,

720001, г.Бишкек, ул.Логвиненко, 26

2) «Временное народное правительство Кыргызской Республики»

720001, г.Бишкек, ул.Логвиненко, 26

3) Информационное Агентство «24.kg»

720001, г.Бишкек, ул.Шопокова, 121/1

4) Информационное Агентство «AKИpress»

г.Бишкек, ул.Московская, 189

Дело №: ГД-1422/10Б3

ЧАСТНАЯ ЖАЛОБА

на определение Первомайского районного суда города Бишкек

от 23 июня 2010 года

Я обратился в Первомайский районный суд города Бишкек с иском к гражданину Бекназарову А.А., организации (группе лиц), назвавшей себя «Временным правительством Кыргызской Республики», а также Информационным Агентствам «24.kg» и «АКИpress» о защите чести, достоинства и деловой репутации. Данное исковое заявление было подано с соблюдением всех норм и требований гражданского процессуального законодательства.

Несмотря на это, судья Первомайского районного суда города Бишкек Калыбаев А.Ж. своим определением от 23 июня 2010 года мой иск оставил без движения, сославшись на, якобы, отсутствие в заявлении моего места жительства. Но в моем иске было указано мое место жительство – город Бишкек, улица Семашко, дом 5, квартира 14. Это адрес моей официальной прописки и постоянного места проживания за последние десять лет. По какой причине он не устроил судью, мне не понятно. Или в компетенцию этого судьи входит решение вопроса о том, где мне можно жить, а где нет? Или меня уже лишили права проживать по этому адресу? То, что я временно нахожусь за пределами Кыргызской Республики по личным делам, не лишает меня права быть прописанным и иметь постоянное место жительство в принадлежащей мне квартире (копия справки прилагается).

Далее, в обжалуемом определении по непонятной для меня причине было указано, что к своему иску я, якобы, должен был приложить справки о прописке и проживании. В какой статье ГПК Кыргызской Республики судья отыскал такую норму, остается для меня загадкой.

По человечески, можно понять судью Калыбаева А.Ж., который испугался рассматривать иск в отношении гражданина Бекназарова, провозгласившего себя куратором судов и силовых структур. Возможно, что обжалуемое определение как раз и является результатом такого «кураторства».

Об этом же свидетельствует незаконная приписка в резолютивной части определения о том, что это определение, якобы, не подлежит обжалованию. Понятно, что эта запись является незаконной, поскольку в соответствии с п.1 ст.338 ГПК Кыргызскоой Республики определение суда первой инстанции может быть обжаловано отдельно от решения, когда такое определение препятствует дальнейшему рассмотрению дела. Очевидно, что определение об оставлении без движения иска (с последующим возвращением и установлением, что оно считается не подданным) препятствует дальнейшему рассмотрению дела, так как никакое дело после этого определения уже не рассматривается.

Но эта ситуация не дает право судье нарушать закон, придумывая не существующие процессуальные требования. Пунктом 2 статьи 132 ГПК Кыргызской Республики предусмотрена необходимость в исковом заявлении указывать место жительства истца. И не более того, Суду не дается право анализировать и оценивать это место жительства.

Конечно, я ожидал со стороны суда незаконных действий при рассмотрении моего иска, но то, что эти действия будут настолько неграмотными, стало для меня неожиданным.

На основании вышеизложенного и руководствуясь п.1 ст.338 и ст.340 ГПК Кыргызской Республики

ПРОШУ:

1. Определение судьи Первомайского районного суда города Бишкек Калыбаева А.Ж. от 23 июня 2010 года об оставлении без движения искового заявления Елисеева А.А. к гражданину Бекназарову А.А., организации (группе лиц), назвавшей себя «Временным правительством Кыргызской Республики», а также Информационным Агентствам «24.kg» и «АКИpress» о защите чести, достоинства и деловой репутации отменить полностью;
2. Передать дело в первую инстанцию для его принятия к производству и рассмотрению по существу.

Заявитель                                                                                       А.Елисеев

«___» ____________ 2010 года

Приложение: 1.         Экземпляры частной жалобы по числу ответчиков;

2.         Выписка из единого государственного реестра прав

на недвижимое имущество

Движниковый Елисеев

Первомайский суд столицы оставил иск бывшего главы Фонда развития Алексея Елисеева к временному правительству и Азимбеку Бекназарову без движения. Там ссылаются на то, что истец не указал свой точный адрес… который был написан в правом верхнем углу письма.

Истец без определенного места жительства
Иск о защите чести, достоинства и деловой репутации бывший заместитель руководителя Центрального агентства по развитию, инвестициям и инновациям (главой ведомства являлся Максим Бакиев) был подан в Первомайский районный суд Бишкека в начале июня. К заявлению с разъяснениями по каждому пункту обвинения прилагалась и пара десятков копий документов.
23 июня райсуд определил оставить иск без движения по следующему основанию. “В соответствии со статьей 132 Гражданского процессуального кодекса КР в исковом заявлении должны быть указаны наименование истца, его место жительства”, — говорится в решении.
— Однако в исковом заявлении не указано место жительства истца, а указан адрес его представителя по доверенности Артема Иванова, — сказал рассматривавший дело судья Алмаз Калыбаев.
По его словам, Елисеев должен был до 1 июля, то есть в течение недели, исправить недостатки. Если же он этого не сделает, то “исковое заявление будет считаться неподанным и возвращено ему”. К обозначенному сроку Елисеев в районный суд не обратился.
— Я не прекратил рассмотрение дела. Если истец исправит неточности, то опять буду его рассматривать, — добавил Калыбаев.
Но в определении содержится следующая информация: “Учитывая, что истцом Елисеевым А.А. не указан адрес своего места жительства и не приложена справка о прописке и проживании истца именно по адресу, указанному в исковом заявлении, суд считает оставить настоящее заявление без движения”. В конце документа приписано, что “определение обжалованию не подлежит”.
В том, что иск можно оставить без движения, ничего страшного нет. Но сам истец не согласен с формулировками.

Да разберитесь вы с ним!
Власти настолько заняты какими–то своими делами, что забывают о своих заявлениях. Как иначе воспринимать тот факт, что третий месяц подряд Алексей Елисеев, которого считают чуть ли правой рукой Максима Бакиева, спокойно раздает интервью прессе, но при этом следствие им не интересуется? А рассматривать его иски в суде, кажется, не спешат. Между тем он официально был объявлен в розыск, за информацию о нем даже 100 тысяч долларов обещали.
Связавшись с представителем Елисеева Артемом Ивановым, мы поинтересовались, почему вместо адреса Елисеева в иске были указаны его контакты. Тот сказал и показал, что в иске в правом верхнем углу указан адрес, по которому прописан истец. Но добавил, что в настоящее время тот находится за пределами страны, что не должно мешать рассмотрению дела. Также он заявил, что “2 июля в Бишкекский городской суд была подана частная жалоба на определение Первомайского районного суда города Бишкека от 23 июня 2010 года, но пока она не рассматривалась”. В жалобе указан тот же адрес, что и в иске: улица Семашко, дом 5, квартира 14. В определении же суда говорится, что истец указал адрес доверенного лица: улица Шопокова, 121/1, кабинет 512. Кажется, перепутать сложно.
Частную жалобу в вышестоящую инстанцию можно читать как анекдот.
“В иске был указан адрес моей официальной прописки и постоянного места проживания за последние десять лет. По какой причине он не устроил судью, мне не понятно. Или в компетенцию этого судьи входит решение вопроса о том, где мне можно жить, а где нет? Или меня уже лишили права проживать по этому адресу? То, что я временно нахожусь за пределами Кыргызской Республики, не лишает меня права быть прописанным и иметь постоянное место жительство в принадлежащей мне квартире. Далее в обжалуемом определении по непонятной для меня причине было указано, что к своему иску я якобы должен был приложить справки о прописке и проживании. В какой статье ГПК Кыргызской Республики судья отыскал такую норму, остается для меня загадкой. По–человечески можно понять судью, который испугался рассматривать иск в отношении гражданина Бекназарова, провозгласившего себя куратором судов и силовых структур. Возможно, что обжалуемое определение как раз и является результатом такого “кураторства”, — написано в документе, копию которого любезно предоставили редакции.
Елисеев, ссылаясь на пункт 1 статьи 388 ГПК, считает: запись о том, что определение не подлежит обжалованию, является незаконной. “Поскольку определение суда первой инстанции может быть обжаловано отдельно от решения, когда оно препятствует дальнейшему рассмотрению дела”, — приводит доводы истец.
Первомайский суд ссылается на статью 132 ГПК, где говорится о необходимости в исковом заявлении указывать место жительства истца. “При этом суду не дается право анализировать и оценивать это место жительства”, — говорится в жалобе, направленной в городской суд. Кстати, к документу прилагается копия выписки из Госрегистра.
В итоге Елисеев просит суд рассмотреть дело по существу. В телефонном разговоре (кстати, в иске и жалобе указан номер его мобильного телефона) он заявил:
— Конечно, я ожидал со стороны суда незаконных действий при рассмотрении моего иска, но то, что эти действия будут настолько неграмотными, стало для меня неожиданным.
В заключение разговора он сказал, что специально решил обратиться в судебные инстанции Кыргызстана. Если же решения будут приняты под давлением административного ресурса, то защищать свою репутацию он намерен в Международном суде по правам человека.

• взгляд
  Такое дело осталось бы совершенно незамеченным, если в нем не фигурировала персона, которую неразрывно связывают с Бакиевыми. Его называли правой рукой “экс–принца”, главным юристом Семьи. С его именем связаны заведенные новой властью уголовные дела, в которых фигурируют крупные предприятия страны. Среди мировых юридических компаний, таких как “Ален энд Овери”, Елисеев слывет профессионалом, а среди местных адвокатов Алексея знают как консультанта с высокими расценками.
  Интересно, чем закончится эта история? Мы уже привыкли, что нынешние чиновники любят выступать с разоблачениями в отношении прежней власти. Хотя многие формулировки можно подвергнуть критике. В то же время подробности уголовных дел в интересах следствия не разглашаются. Чего только стоит изъятие имущества из банковских ячеек, которое уже все начали называть не иначе, как грабежом, потому что из сейфов пропали деньги, совершенно не принадлежащие ни семье Бакиевых, ни даже его окружению.
  В отношении Елисеева избрали другую меру, суровую с политической точки зрения — игнорирование.

газета «Вечерний Бишкек» (8 июля 2010г.)

Первомайский районный суд г.Бишкек

Истец: Елисеев Алексей Александрович,

г.Бишкек, ул.Семашко, д.5, кв.14

тел. (0775) 978-555

Ответчики: 1) Бекназаров Азимбек Анаркулович,

720001, г.Бишкек, ул.Логвиненко, 26

2) «Временное народное правительство Кыргызской Республики»

720001, г.Бишкек, ул.Логвиненко, 26

3) Информационное Агентство «24.kg»

720001, г.Бишкек, ул.Шопокова, 121/1

4) Информационное Агентство «AKИpress»

г.Бишкек, ул.Московская, 189

ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ

о защите чести, достоинства и деловой репутации

14 мая 2010 года на официальном сайте организации под названием «Временное правительство Кыргызской Республики» в сети Интернет по адресу: «http://www.kyrgyz-el.kg/index.php?option=com_content&task=view&id=198&Itemid=1» было размещено заявление гражданина Бекназарова Азимбека Анаркуловича, озаглавленное им как «Обращение заместителя председателя временного правительства Кыргызской Республики А.Бекназарова к народу Кыргызстана».

15 мая 2010 года Информационное агентство «24.kg» распространило часть  данной информации путем публикации на своем новостном сайте по адресу: «http://www.24.kg/politic/74103-zamestitel-glavy-vremennogo-pravitelstva.html» сообщения под названием «Заместитель главы временного правительства Кыргызстана рассказал о коррупционных схемах, используемых приближенными Курманбека Бакиева».

18 мая 2010 года Информационное агентство «АКИpress» также поместило подобную информацию на своей странице в Интернет по адресу: «http://business.akipress.org/news:80931/»  в информационном сообщение, озаглавленном «Генпрокуратура расследует уголовное дело по использованию российского кредита на $300 млн».

В указанных документах содержаться порочащие меня сведения, не соответствующие действительности, среди них, по которым я требую от ответчиков доказательств в суде:

1. «Остальные же 226 000 300 долларов США генеральный директор ЗАО «Фонд развития КР» А.Елисеев по предварительному сговору с М.Бакиевым передал компании ОАО «MGN Group» возглавляемым Е.Гуревичем (Юджиным), который использовал указанные денежные средства для получения личной прибыли.»;
2. «По данным фактам прокуратурой г.Бишкек возбужден ряд уголовных дел по ч.3 ст.183 УК КР.»;
3. «Ячейки, в которых были обнаружены денежные средства, согласно заключенным депозитным договорам принадлежали … Елисееву Алексею Александровичу …»;
4. «Таким образом, в ходе производства обыска обнаружены денежные средства в особо крупном размере и имеются основания полагать, что обнаруженные денежные средства … А.Елисеевым … были получены в результате совершения незаконных операций с денежными средствами, приобретенными преступным путем, которые в последующем были помещены в депозитные ячейки, для дальнейшего придания правомерного вида владению, пользованию денежными средствами и сокрытия подлинного источника происхождения денежных средств.»;
5. «Так, М.Бакиев по предварительному сговору с … А.Елисеевым … с целью легализации денежных средств, поступивших в ОАО «Азия Универсал Банк» от компаний, зарегистрированных в оффшорных зонах и придания видимости законности своим действиям, 02.0709 г., обеспечили получение В.Халиловым в банке кредита на льготных условиях в сумме 16 000 000 сом без обеспечения залогового имущества.»

В соответствии с п.10 Постановления Верховного Суда Кыргызской Республики «О некоторых вопросах судебной практики разрешения споров о защите чести, достоинства и деловой репутации» от 5 декабря 2003 года № 20 истец по данной категории дел должен доказать только факт распространения порочащих его сведений лицом, к которому предъявлен иск. При этом на ответчика возлагается обязанность доказывания соответствия распространенных сведений действительности.

К настоящему исковому заявлению прилагаются доказательства распространения ответчиками порочащих меня сведений.

Более того, я готов сам доказывать несоответствие действительности этих сообщений, в том числе по каждому из пунктов могу пояснить следующее:

1. Заявление, что «Остальные же 226 000 300 долларов США генеральный директор ЗАО «Фонд развития КР» А.Елисеев по предварительному сговору с М.Бакиевым передал компании ОАО «MGN Group» возглавляемым Е.Гуревичем (Юджиным), который использовал указанные денежные средства для получения личной прибыли.» является ложным, так как:

(а) никакого предварительного сговора по моей трудовой деятельности на посту генерального директора ЗАО «Фонд развития Кыргызской Республики» с М.Бакиевым у меня быть не могло, поскольку я работал в этой должности в тот период, когда М.Бакиев не имел никакого отношения к указанной организации. Я был назначен генеральным директором Фонда Развития 21 июля 2009 года (Решение Совета директоров № 1) и был освобожден от исполнения обязанностей руководителя исполнительного органа данного учреждения 6 ноября 2009 года (Решение Совета директоров № 8). При этом, М.Бакиев избирался Председателем Совета директоров Фонда развития Решением его акционера от 6 ноября 2009 года за № 1. Таким образом, я был уволен как раз в тот день, когда М.Бакиев пришел на работу в Фонд развития;

(б) Фонд развития не имел каких-либо договорных отношений с компанией ОАО «MGN Group» возглавляемой Е.Гуревичем (Юджиным). Согласно итогам проведенного тендерной комиссией ЗАО «Фонд развития Кыргызской Республики» (в состав которой я, кстати, не входил) 16 сентября 2009 года конкурса и на основании решения Совета директоров от 18 сентября 2009 года были заключены только договора с ОАО «MGN Asset Managament», возглавляемым генеральным директором М. Фокс-Рабинович, и ОАО «MGN Capital», возглавляемым управляющим директором Генкиным Р.Л;

(в) я не передавал какие-либо денежные средства компании ОАО «MGN Group», поскольку Фонд развития не имел с этой компанией никаких отношений;

(г) я вообще самостоятельно не мог передать кому-то денежные средства Фонда развития, поскольку собственником этих средств является юридическое лицо, а не Елисеев А., как гражданин;

(д) согласно решению Совета директоров от 18 сентября 2009 года Фондом развития были приобретены высоколиквидные еврооблигации российских эмитентов, которые были в последующем погашены выпустившими их компаниями в полной сумме с выплатой объявленного Фонду дохода.

На момент моего отъезда из Кыргызской Республики в служебную командировку (4 апреля 2010 года)  все денежные средства ЗАО «Фонд развития Кыргызской Республики» находились на его банковских счетах. Исходя из официальной справки Национального банка Кыргызской Республики от 02.04.2010 г. за исх.№ 092-10/1618, на 2 апреля 2010 года на счете ЗАО «Фонд развития Кыргызской Республики» в НБКР № 1010100033600248 находилось 167 589 547,00 долларов США, а на его сомовом счете № 1010100038900488 остаток составлял 1 081 550 000,00 сом. Кроме того, на расчетных счетах Фонда в ОАО «АзияУниверсалБанк» оставалось 3 530,88 дол.США и 4 663 055,00 сом. Также на депозитных счетах Фонда развития были размещены: в KICB – 7 000 000,00 дол.США, в ЗАО «Манас Банк» — 8 000 000,00 дол.США, в ЗАО «Демир Кыргыз Инетернешнл Банк» — 2 000 000,00 дол.США, в ОАО «Кыргызкредитбанк» — 4 000 000,00 дол.США и 100 000 000,00 сом, в ОАО «Иссык-Куль Банк» — 70 000 000,00 сом, в ОАО «Банк Бакай» — 80 000 000,00 сом, в ОАО «АзияУниверсалБанк» — 880 000 000,00 сом  Таким образом, в собственности Фонда развития на 4 апреля 2010 года находились денежные средства в сумме 188 593 077,88 дол.США и 2 216 213 055,00 сом.

С учетом того, что ЗАО «Фонд развития Кыргызской Республики» получил у Министерства финансов Кыргызской Республики заем в размере 286 300 000,00 дол.США (из которых 100 000 000,00 дол. было выделено в виде кредита для завершения строительства Камбар-Атинской ГЭС-2), его валютная операционная деятельность позволила не только сохранить рефинансированный «российский» кредит, а также обслужить проценты по нему, но и заработать за период своей фактической деятельности (сентябрь 2009 года – март 2010 года) чистый доход в размере 2 293 077,88 дол.США. Операции в национальной валюте за этот же период также обеспечили Фонду прибыль в размере 2 213 879 555,00 сом (с учетом остатка денежных средств (2 216 213 055,00 сом) и денег из уставного капитала (2 333 500,00 сом));

(е) денежные средства Фонда развития использовались не «ОАО «MGN Group» возглавляемым Е.Гуревичем (Юджиным)», а самим Фондом, поскольку собственником приобретенных российских ценных бумаг являлся Фонд развития, который также получал доход от этих операций;

(ж) «Е.Гуревич (Юджин)» да и вообще никто другой не использовали указанные денежные средства для получения личной прибыли, так как только ЗАО «Фонд развития КР» получил прибыль от указанных денежных средств.

Именно эти операции позволили Фонду развития обслужить рефинансированный российский кредит, т.е. оплатить по нему проценты (51 730 500,00 сом) не за счет суммы самого кредита, а именно от деятельности Фонда, в том числе от операций по краткосрочному размещению временно свободных денежных средств Фонда в высоколиквидные активы за пределами Кыргызской Республики.

Согласно заключению Национального Банка Кыргызской Республики по результатам специализированной проверки деятельность Фонда развития КР оценивалась как удовлетворительная и осуществлялась в соответствии с законодательством Кыргызской Республики и Уставом Фонда (письмо НБКР от 2 апреля 2010 года за исх.№ 172-7/1620);

2. Утверждение ответчика, что «По данным фактам прокуратурой г.Бишкек возбужден ряд уголовных дел по ч.3 ст.183 УК КР.» не соответствует действительности, поскольку:

(а) согласно п.2 ст.150 УПК Кыргызской Республики основанием к возбуждению уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на совершение преступления. В силу п.1 ст.8 УК Кыргызской Республики преступлением признается предусмотренное уголовным законом общественно опасное, виновное и наказуемое деяние.

Уголовным законом не предусмотрена ответственность за сохранение государственных денежных средств и их приумножение в интересах государства. Для общества не представляют опасности указанные действия. Более того, такие действия приносят обществу значительную пользу, так как сбереженные и приращенные государственные денежные средства должны использоваться во благо общества. Говорить же о моей вине в том, что рефинансированные в Фонд развития денежные средства сохранились и увеличились, по меньшей мере, странно. Для любого нормального человека такие действия являются достижением, а не виновным деянием. Очевидно, что никакого наказания за то, что у государства денег стало больше, законодательством не предусмотрено;

(б) частью 3 статьи 183 УК Кыргызской Республики предусмотрена ответственность за умышленное совершение лицом в крупном размере или организованной преступной группой операций или сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем в целях получения выгоды или сокрытия незаконного их происхождения, либо оказание помощи указанному лицу, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, а равно сокрытие лицом подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения денежных средств или имущества, а также подлинных прав в отношении них. При этом денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными преступным путем, понимается денежные средства или иное имущество, полученные в результате совершения преступлений, порождающих преступные доходы.

Межгосударственный кредит, полученный Кыргызской Республикой от Российской Федерации, не является денежными средствами, полученными в результате совершения преступления, каковым не может считаться выделение и получение льготного кредита между двумя суверенными государствами. Понятно, что полученный от Российской Федерации кредит не является для нашего государства преступным доходом. Как было показано выше, выгоды от его использования получало государство. Его происхождение является законным (получен межгосударственный льготный кредит), а происхождение этих денег известно всем и никем не скрывалось.

Придавать правомерный вид владению, пользованию и распоряжению Фондом развития кредитными средствами не было необходимости, поскольку его выделение было произведено абсолютно правомерно на основании постановления Правительства Кыргызской Республики от 13 августа 2009 года за № 519.

Кроме того, не могло быть никакого сокрытия подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения и перемещения кредитных средств в силу того, что информация о кредитном характере средств, их размещении в российские еврооблигации и в последующем возвращении денег с заработанным доходом на банковские счета Фонда всегда была публичной и периодически размещалась в средствах массовой информации;

(в) в соответствии со ст.160 УПК Кыргызской Республики после возбуждения уголовного дела производится следствие. Согласно п.1 ст.162 УПК Кыргызской Республики следствие обязательно по данной категории уголовных дел.

Поскольку по заявлению ответчика в совершении преступления, якобы, подозревают, в том числе, и меня, то следственные действия по данным уголовным делам в обязательном порядке должны были включать мой допрос и предложение предоставить имеющиеся у меня сведения и документы.

Однако до сегодняшнего дня органы следствия ко мне не обращались, несмотря на то, что я постоянно нахожусь на связи по известным широкому кругу лиц координатам. Более того, после появления порочащих меня публикаций я обратился в правоохранительные органы с заявлением о своем непонимании распространенной недостоверной информации, а также о намерении сотрудничать со всеми компетентными органами, отвечать на любые вопросы и предоставлять имеющиеся у меня сведения, материалы и документы (заявление удостоверено нотариусом Киевского городского нотариального округа 22 апреля 2010 года за реестровым № 322). Я также публично сообщил о своей позиции через СМИ («Вечерний Бишкек» от 7 мая 2010 года стр.11).

Тем не менее, какая-либо реакция со стороны следственных органов отсутствует, из чего можно сделать единственный вывод об отсутствии возбужденных в отношении меня уголовных дел;

(г) согласно п.1 ст.173 УПК Кыргызской Республики данные, полученные в ходе следствия по уголовному делу, не подлежат разглашению. Соответственно, если бы сообщенная гражданином Бекназаровым А.А. информация была получена им в ходе реального уголовного расследования, то он был бы не вправе разглашать ее. А сам факт  распространения этих данных свидетельствует об отсутствии какого-либо действительного уголовного разбирательства;

(д) в силу сложившихся в настоящее время обстоятельств на территории нашего государства вообще невозможно какое-либо уголовное преследование. В соответствии со ст.77 Конституции Кыргызской Республики, п.1 ст.33 УПК Кыргызской Республики и аб.7 п.1 ст.3 Закона Кыргызской Республики «О прокуратуре Кыргызской Республики» от 17 июля 2009 года № 224 прокурор является государственным должностным лицом, а прокуратура — центральным органом государственной власти, которые осуществляют уголовное преследование. Согласно ст.12 Закона Кыргызской Республики «О прокуратуре Кыргызской Республики» всей полнотой полномочий прокуратуры обладает Генеральный прокурор, который руководит также всей системой прокуратуры и осуществляет контроль за ее деятельностью.

К сожалению, в данный момент в Кыргызской Республике не существует лица, которое бы на законных основаниях могло исполнять обязанности Генерального прокурора. Следовательно, система прокуратуры не вправе осуществлять уголовное преследование, поскольку не имеет лица, обладающего всей полнотой ее полномочий, руководящего и контролирующего ее действия. Лицо, якобы, временно исполняющее обязанности генерального прокурора (г-н Ибраев Б.К.), не вправе на законных основаниях руководить прокуратурой и осуществлять ее полномочия, поскольку по закону он не является ни Генеральным прокурором, ни лицом, исполняющим его обязанности.

В силу прямого указания аб.4 п.2 ст.46 Конституции Кыргызской Республики и п.1 ст.11 Закона Кыргызской Республики «О прокуратуре Кыргызской Республики» генеральный прокурор назначается и отстраняется от должности Президентом с согласия Жогорку Кенеша. При всем уважении к г-ну Ибраеву Б.К. его назначение было оформлено не решением Президента, которое прошло процедуру согласования парламентом, а документом под названием «Декрет Временного правительства Кыргызской Республики от 8 апреля 2010 года № 11». При этом в качестве основания для принятия данного акта был назван еще один документ, определенный как «Декрет Временного правительства Кыргызской Республики от 7 апреля 2010 года за № 1».

Эта бумага в свою очередь содержит указание на то, что «государственная власть в Кыргызской Республике в соответствии с народным волеизъявлением переходит к Временному правительству Кыргызской Республики», а «полномочия и функции, закрепленные Конституцией Кыргызской Республики за Президентом Кыргызской Республики, Жогорку Кенешем Кыргызской Республики и Правительством Кыргызской Республики, возлагаются на Временное правительство Кыргызской Республики».

Однако, согласно п.3 ст.1 Конституции Кыргызской Республики единственным источником государственной власти в Кыргызской Республики является народ Кыргызстана, который осуществляет ее непосредственно на выборах и референдумах, а также через систему государственных органов и органов местного самоуправления на основе Конституции и законов. В соответствии с ч.2 п.4 ст.1 Конституции от имени народа Кыргызстана вправе выступать только избранные им Президент и Жогорку Кенеш.

Соответственно, так называемый переход государственной власти к Временному правительству противоречит указанным конституционным нормам, поскольку согласно им такой переход не допускается, а ее осуществление от имени народа происходит исключительно в установленных Конституцией формах и конкретно определенными государственными органами. На территории Кыргызской Республики никогда не проводились какие-либо выборы или референдумы, в результате которых организация под названием «Временное правительство Кыргызской Республики» получила бы от народа Кыргызстана право осуществлять государственную власть. Данная организация в соответствии с Конституцией Кыргызской Республики и ее законами не входит в систему государственных органов и органов местного самоуправления. Не является Временное правительство ни Президентом, ни Жогорку Кенешем, так как Конституцией КР установлен иной состав и другой порядок избрания указанных государственных органов, который не предусматривает «свержение антинародного режима» и самопровозглашение себя носителем государственной власти. В силу прямого указания пункта 2 ст..2 Конституции никакое объединение и никакое отдельное лицо не вправе присваивать власть в государстве.

Между тем, согласно ст.48 Конституции КР лишь некоторые полномочия Президента (предусмотренные п/п.2 п.3 ст.46 Конституции) могут быть переданы самим Президентом только Премьер-министру, членам Правительства и другим должностным лицам. А в случае невозможности осуществления Президентом своих полномочий по указанным в Конституции причинам (по его заявлению, отрешение его от должности, по болезни или в результате его смерти) согласно п.1 ст.52 Конституции Кыргызской Республики его полномочия до избрания нового президента исполняет Торога Жогорку Кенеша или Премьер-министр. Очевидно, что Временное правительство не является ни Торогой Жогорку Кенеша, ни Премьер-министром, ни членом Правительства.

В отношении же действий ответчика по закреплению за собой функций и полномочий Жогорку Кенеша, то данное решение прямо противоречит статье 63 Конституции, согласно которой Жогорку Кенеш может быть распущен только по решению о самороспуске, принятому большинством не менее двух третей голосов от общего числа его депутатов.

Таким образом, Временное правительство путем издания «Декрета № 1 от 7 апреля 2010 года» совершило неконституционные действия, которые привели не к переходу к нему государственной власти, а к потере таковой вообще. Отстранив своим «Декретом № 10 от 8 апреля 2010 года» законно назначенного генерального прокурора, Временное правительство фактически приостановило законное функционирование системы прокуратуры и правомерное осуществление на территории Кыргызской Республики уголовного преследования.

(е) на территории Кыргызской Республики в настоящее время невозможно также и осуществление уголовного судопроизводства, поскольку фактически прекратил свое существование высший орган судебной власти по защите Конституции. Конституционный суд КР расформирован на основании «Декрета Временного правительства Кыргызской Республики № 2 от 12 апреля 2010 года».

Высший судебный орган по уголовным делам (Верховный суд Кыргызской Республики) также не имеет законного состава судей для рассмотрения конкретных уголовных дел и решения других процессуальных вопросов в рамках уголовного судопроизводства. В соответствии с аб.3 ч.1 ст.20 Закона Кыргызской Республики «О Верховном суде Кыргызской Республики и местных судах» от 18 июля 2003 года № 153 формирование судебных составов по рассмотрению конкретных дел, а также распределение дел и материалов между судьями Верховного суда осуществляется Председателем Верховного суда Кыргызской Республики.  При этом согласно ч.4 п.5 ст.83 Конституции Кыргызской Республики Председатель Верховного суда назначается Президентом с согласия Жогорку Кенеша, а его досрочное освобождение от должности осуществляется Жогорку Кенешем большинством не менее двух третей голосов от общего числа депутатов по представлению Президента (п.2 ст.84 Конституции). Однако, законно назначенный Председатель Верховного суда был фактически отстранен от исполнения своих обязанностей неконституционным актом, названным «Декретом Временного правительства Кыргызской Республики от 12 апреля 2010 года № 3».

Таким образом, Временное правительство фактически приостановило правомерную судебную деятельность Верховного суда Кыргызской Республики, исключив своими действиями даже возможность заместителей председателя исполнять его обязанности в порядке ст.ст. 20-1 и 21 Закона Кыргызской Республики «О Верховном суде Кыргызской Республики и местных судах», поскольку председатель суда в данном случае не просто отсутствует, а незаконно отстранен от выполнения своих функций. В такой ситуации уголовное судопроизводство не может быть осуществлено, так как не имеется какой-либо возможности обеспечивать надзор за судебной деятельностью.

3. Распространенные ответчиком сведения о том, что «Ячейки, в которых были обнаружены денежные средства, согласно заключенным депозитным договорам принадлежали … Елисееву Алексею Александровичу …» являются недостоверными, поскольку:

(а) в арендованных мною у ОАО «АзияУниверсалБанк» депозитных ячейках за №№ 102, 176 и 307 хранился мой адвокатский архив, а не денежные средства. В период с 2002 г. по 2009 г. у меня была собственная юридическая практика (лицензия Министерства юстиции Кыргызской Республики на право занятия адвокатской деятельностью от 30 августа 2002 года № 00813). С переходом в конце 2009 года на государственную службу я приостановил эту деятельность.  Соответственно, за время ее осуществления у меня возник архив документов по правовой помощи, оказанной клиентам. Наиболее важную документацию я, естественно, хранил в банке, полагая, что банковское учреждение является безопасным от проникновения посторонних лиц. Других ячеек в банках Кыргызстана у меня не имеется;

(б) для того, чтобы обнаружить что-либо в банковской депозитной ячейке ее необходимо открыть. А чтобы узнать информацию о владельце ячейки ее нужно получить. Однако, в соответствии со ст.4 Закона Кыргызской Республики «О банковской тайне» от 23 июля 2002 года № 122 сведения о клиенте банка, о совершенных им операциях, а также любые другие сведения, которые были доверены или стали известны банку в процессе отношений между банком и клиентом, считается банковской тайной. Соответственно, предоставление указанных сведений следственным органам и другим лицам, а также получение доступа к содержимому банковских ячеек допускалось только на основании судебного акта, вынесенного в соответствии с процессуальным законодательством Кыргызской Республики (п.1 ст.10 Закона «О банковской тайне»).

Исходя из того, что, как было показано выше, правомерных процессуальных действий по уголовному преследованию на территории Кыргызской Республики в настоящее время совершить невозможно, а в отношении меня для таких действий вообще отсутствовало какое-либо основание, то получить законный судебный акт о доступе к моей банковской информации  и содержимому моих депозитных банковских ячеек не представлялось возможным;

(в) в соответствии с ч.4 ст.17 Закона Кыргызской Республики «Об адвокатской деятельности» от 21 октября 1999 года № 114 истребование, изъятие, осмотр, проверка, копирование документов, связанных с юридической помощью допускается лишь с согласия клиента, или привлечения адвоката в качестве обвиняемого.  Согласно ч.2 ст.16 Закона Кыргызской Республики «Об адвокатской деятельности» уголовное дело в отношении адвоката в связи с его профессиональной деятельностью может быть возбуждено только генеральным прокурором или его заместителем.

Очевидно, что мои клиенты не давали согласия на изъятие, осмотр и проверку документов, находящихся в моих банковских ячейках. Генеральный прокурор не возбуждал в отношении меня уголовное дело с предъявлением обвинения в связи с моей профессиональной деятельностью. Как заявил сам ответчик, уголовное дело, якобы, возбуждено прокуратурой г.Бишкек, а не Генеральной прокуратурой. При этом, как было пояснено ранее, никакого уголовного дела на самом деле не было. Следовательно, правомерного вскрытия моих банковских ячеек на самом деле не было, и никто на законных основаниях не может говорить об их содержимом.

4. Являются ложными измышления ответчика о том, что «Таким образом, в ходе производства обыска обнаружены денежные средства в особо крупном размере и имеются основания полагать, что обнаруженные денежные средства … А.Елисеевым … были получены в результате совершения незаконных операций с денежными средствами, приобретенными преступным путем, которые в последующем были помещены в депозитные ячейки, для дальнейшего придания правомерного вида владению, пользованию денежными средствами и сокрытия подлинного источника происхождения денежных средств.», в связи с тем, что:

(а) как было указано выше, в ходе производства обыска не были обнаружены денежные средства в особо крупном размере, принадлежащие А. Елисееву, так как не было законного обыска, а в моих банковских ячейках вообще отсутствовали какие-либо денежные средства;

(б) у меня не было какой-либо необходимости придавать правомерный вид владению и пользованию своими денежными средствами и скрывать подлинный источник их происхождения, поскольку все мои доходы являются законными. Эти доходы были своевременно мною задекларированы с уплатой предусмотренного законодательством подоходного налога (копии деклараций прилагаются). Их подлинными источниками являются: заработная плата, гонорары и вознаграждения, пенсия по инвалидности (я являюсь инвалидом 2-ой группы по зрению), дивиденды, а также доход от продажи имущества. При этом большая часть моего дохода возникла до 2008 года, то есть в период, когда я не имел никакого отношения к государственной службе и Фонду развития, а занимался адвокатской предпринимательской деятельностью;

(в)  в соответствии с п.7 ст.15 Конституции Кыргызской Республики каждый считается невиновным в совершении преступления, пока его виновность не будет признана вступившим в законную силу приговором суда. Поскольку вступившего в законную силу приговора суда о совершении мною незаконных операций с денежными средствами, а также преступного деяния по их приобретению не существует, то заявлять об этом антиконституционно;

(г) в силу п.2 ст.916 ГК Кыргызской Республики при хранении ценностей в индивидуальном банковском сейфе банк обеспечивает клиенту возможность помещения ценностей в сейф и изъятия их из сейфа вне чего-либо контроля, в том числе и контроля со стороны банка. Таким образом, банк не имеет вообще никакой информации о содержимом банковского индивидуального сейфа (ячейки). Исходя из этого,  невозможно придать правомерный вид денежным средствам путем помещения их в банковские депозитные ячейки (индивидуальный банковский сейф), поскольку хранение ценностей в такой ячейке ничем не отличается от их тайного содержания дома или другом месте (за исключением банковской охраны самого помещения, где находятся сейфы);

5. Не  соответствует действительности ложное заявление ответчика о торм, что  «Так, М.Бакиев по предварительному сговору с … А.Елисеевым … с целью легализации денежных средств, поступивших в ОАО «Азия Универсал Банк» от компаний, зарегистрированных в оффшорных зонах и придания видимости законности своим действиям, 02.0709 г., обеспечили получение В.Халиловым в банке кредита на льготных условиях в сумме 16 000 000 сом без обеспечения залогового имущества.» потому что:

(а) М.Бакиев не имел никакого отношения к управлению ОАО «АзияУниверсалБанк», поэтому у него не было возможности и/или необходимости вступить со мной в предварительный сговор для обеспечения получения кем-либо льготного кредита в этом банке;

(б)  в июле 2009 года я покинул пост заместителя председателя Совета директоров ОАО «AUB» в связи с моим назначением на должность генерального директора ЗАО «Фонд развития Кыргызской Республики». Кроме того, в тот период проводились выборы Президента Кыргызской Республики, в ходе которых я исполнял обязанности члена Центральной комиссии Кыргызской Республики по выборам и проведению референдумов. В связи с этим в июле прошлого года я, фактически, уже не принимал участия в работе АзияУниверсалБанка. Соответственно, про указанный кредит мне ничего не известно;

(в) тем не менее, ОАО «АзияУниверсалБанк» является частным финансово-кредитным учреждением без какой-либо доли государств, поэтому этот банк вправе выдавать по своему усмотрению льготные кредиты без залогового обеспечения. Отсутствие залогового обеспечения влияет лишь на классификацию данного кредита, а не приводит к его незаконности;

(г) выдача коммерческого кредита не может придать видимость законности каким-либо действиям, поскольку является обычной банковской операцией;

(д) при кредитовании ресурсы банка являются обезличенными, поэтому необоснованно заявлять, что поступившие в банк из оффшорных зон денежные средства были использованы именно при выдаче кредита В.Халилова. Более того, из оффшорных юрисдикций не могли поступить денежные средства в национальной валюте. Однако, ответчик утверждает, что эти деньги были использованы для выдачи 16 млн.сом.

Высказывание гражданином Бекназаровым А.А. подобных измышлений, а попросту говоря вранья, и распространение этой информации соответчиками на сайтах сети Интернет, которые доступны неограниченному числу пользователей во всем мире, является ни чем иным, как преднамеренным способом оклеветать меня, бросить тень на мое имя, опорочить меня в глазах населения Кыргызстана и других людей по всему миру. Уверен, что ответчики пошла на это сознательно.

В соответствии с п.1 ст.18 ГК Кыргызской Республики гражданин вправе требовать по суду опровержение сведений, порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию. Вышеприведенные сведения вызвали у окружающих сомнения в моих личных и деловых качествах, положительную оценку которых я нарабатывал в течении всей моей трудовой деятельности и жизни в г.Бишкек. Более того, меня незаконно и бездоказательно обвиняют в несовершенных мною уголовных преступлениях, что вообще недопустимо, исходя из предписаний п.7 ст.15 Конституции Кыргызской Республики.

В силу п.2 ст.18 ГК, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. В иных случаях порядок опровержения недостоверных сведений устанавливается судом. Очевидно, что сведения, распространенные на сайтах сети Интернет, должны быть опровергнуты на тех же сайтах. А гражданин Бекназаров А.А. должен также лично распространить заявление о недостоверности ложной информации и публично принести мне извинения за свои действия.

Согласно п.5 ст.18 ГК наряду с опровержением порочащих сведений гражданин вправе требовать возмещения убытков и морального вреда, то есть физических и нравственных страданий, вызванных действиями, посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага (ст.16 ГК). В силу ст.50 ГК к нематериальным благам, принадлежащим гражданину относятся здоровье, честь, достоинство и деловая репутация. Однако, я сознательно не буду требовать от ответчиков денежного возмещения, так как причиненные мне физические и нравственные страдания не могут быть компенсированы никакими деньгами.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.23, 28,  132, 133 ГПК Кыргызской Республики,

ПРОШУ:

1. Признать не соответствующими действительности распространенные гражданином Бекназаровым Азимбеком Анаркуловичем в его заявлении «Обращение заместителя председателя временного правительства Кыргызской Республики А.Бекназарова к народу Кыргызстана» следующие сведения, которые порочат честь, достоинство и деловую репутацию Елисеева Алексея Александровича:

— «Остальные же 226 000 300 долларов США генеральный директор ЗАО «Фонд развития КР» А.Елисеев по предварительному сговору с М.Бакиевым передал компании ОАО «MGN Group» возглавляемым Е.Гуревичем (Юджиным), который использовал указанные денежные средства для получения личной прибыли.»;

— «По данным фактам прокуратурой г.Бишкек возбужден ряд уголовных дел по ч.3 ст.183 УК КР.»;

— «Ячейки, в которых были обнаружены денежные средства, согласно заключенным депозитным договорам принадлежали … Елисееву Алексею Александровичу …»;

— «Таким образом, в ходе производства обыска обнаружены денежные средства в особо крупном размере и имеются основания полагать, что обнаруженные денежные средства … А.Елисеевым … были получены в результате совершения незаконных операций с денежными средствами, приобретенными преступным путем, которые в последующем были помещены в депозитные ячейки, для дальнейшего придания правомерного вида владению, пользованию денежными средствами и сокрытия подлинного источника происхождения денежных средств.»;

— «Так, М.Бакиев по предварительному сговору с … А.Елисеевым … с целью легализации денежных средств, поступивших в ОАО «Азия Универсал Банк» от компаний, зарегистрированных в оффшорных зонах и придания видимости законности своим действиям, 02.0709 г., обеспечили получение В.Халиловым в банке кредита на льготных условиях в сумме 16 000 000 сом без обеспечения залогового имущества.»;

1. Обязать гражданина Бекназарова Азимбека Анаркуловича опровергнуть не соответствующие действительности сведения, указанные в пункте 1 настоящих исковых требований, путем распространения заявления об их недостоверности с принесением публичных извинений Елисееву Алексею Александровичу в том же порядке, объеме и способом, которые были применены им при распространении недостоверной информации;

1. Обязать «Временное народное правительство Кыргызской Республики» опровергнуть не соответствующие действительности сведения, указанные в пункте 1 настоящих исковых требований, путем размещения сообщения об их недостоверности с принесением публичных извинений Елисееву Алексею Александровичу на интернет сайте (странице) «Временного народного правительства Кыргызской Республики» в сети Интернет по адресу: «http://www.kyrgyz-el.kg»;

1. Обязать Информационное Агентство «24.kg» опровергнуть не соответствующие действительности сведения, опубликованные на его сайте (странице) в сети Интернет по адресу: «http://www.24.kg/politic/74103-zamestitel-glavy-vremennogo-pravitelstva.html», которые были помещены в информационном сообщении «Заместитель главы временного правительства Кыргызской Республики рассказал о коррупционных схемах, используемых приближенными Курманбека Бакиева», следующего содержания:  «Остальные $ 226 миллионов генеральный директор ФР КР Алексей Елисеев по предварительному сговору передал компании ОАО «MGN Group» возглавляемой Евгением Гуревичем, который использовал указанные денежные средства для получения личной прибыли.», путем размещения сообщения об их недостоверности с принесением публичных извинений Елисееву Алексею Александровичу на интернет сайте (странице) Информационного Агентства «24.kg» по адресу: «http://www.24.kg»;

1. Обязать Информационное Агентство «АКИpress» опровергнуть не соответствующие действительности сведения, опубликованные на его сайте (странице) в сети Интернет по адресу: «http://business.akipress.org/news:80931/», которые были помещены в информационном сообщении «Генпрокуратура расследует уголовное дело по использованию российского кредита на $ 300 млн», следующего содержания:  «Остальные же $ 226 миллионов генеральный директор ЗАО «Фонд развития КР» Алексей Елисеев по предварительному сговору с М.Бакиевым передал компании «MGN Group» — возглавляемой Евгением Гуревичем (Юджиным), который использовал указанные денежные средства для получения личной прибыли, сказал А.Бекназаров.», путем размещения сообщения об их недостоверности с принесением публичных извинений Елисееву Алексею Александровичу на интернет сайте (странице) Информационного Агентства «АКИpress» по адресу: «http://business.akipress.org»;

Истец                                                                                                           А.Елисеев

«___» ____________ 2010 года

Приложение: 1.Экземпляры исковых материалов по числу ответчиков;

2. Протоколы осмотра нотариусом сайтов сети Интернет;

3. Копия решения № 1 Совета директоров ФР от

21 июля 2009 года;

4. Копия решения № 8 Совета директоров ФР от \

06 ноября   2009 года;

5. Копия решения акционера ФР № 1 от 6 ноября 2009 года;

6. Копия Бюллетеня государственных закупок № 81

от 21.10.2009 года;

7. Копия публикации объявления о торгах (Слово

Кыргызстана от 18 августа 2009 года стр.15);

8. Копия приказа ФР № 3 от 15 сентября 2009 года

о создании тендерной комиссии;

9. Копии оценочных листов тендерной комиссии

(на 6-ти листах);

10. Копия информации специалиста по закупкам ФР;

11. Копия договора управления активами № 019-03-01 от

18 сентября 2009 года (на 8-ми листах);

12. Копия договора на оказание консультационных услуг

№ ТД 1-2 от 18 сентября 2009 года (на 3-х листах);

13. Копия договора на предоставление брокерских услуг

№ ТД 1-1 от 18 сентября 2009 года (на 10-ти листах);

14. Копия договора на закупку услуг финансового

консультанта от 23 сентября 2009 года (на 4-х листах);

15. Копия протокола Совета директоров ФР от

18 сентября 2009 года;

16. Копия  письма НБКР от 02.04.2010 года

за исх.№ 092-10/1618;

17. Копия письма НБКР от 2 апреля 2010 года

за исх.№ 172-7/1620;

18. Копия постановления Правительства Кыргызской

Республики от 13 августа 2009 года № 519;

19. Копия решения Совета директоров ФП № 5 от

13 августа 2009 года;

20. Копия заявления Елисеева А.А., удостоверенная

нотариусом Киевского городского нотариального округа

за реестровым № 322 от 22 апреля 2010 года;

21. Копия письма адвоката Иванова А.Ю. в прокуратуру

г.Бишкек от 12 мая 2010 года;

22.  Копия публикации в газете «Вечерний Бишкек» от

7 мая 2010 года (стр.11);

23. Копия декрета ВП от 08.04.2010 г. № 11;

24. Копия декрета ВП от 7.04.2010 г. № 1;

25. Копия декрета ВП от 12.04.2010 г. № 2;

26. Копия декрета ВП от 12.04.2010 г. № 3;

27. Копия лицензии на право занятия адвокатской

деятельностью от 30 августа 2002 года № 00813;

28. Копии налоговых деклараций и декларации

государственного служащего за 2007-2009 годы;

16:06, 10 июня 2010 Экс-генеральный директор Фонда развития Кыргызстана Алексей Елисеев подал в суд на временное правительство, Азимбека Бекназарова и журналистов ИА «24.kg» и «АКИпресс». Вчера, 9 июня, в редакции нашего информационного агентства раздался телефонный звонок. «Можно уточнить по поводу вознаграждения за мою поимку? А лично я могу рассчитывать на $100 тысяч, поскольку неоднократно сообщаю следствию, в том числе и нотариально заверенными документами, подтверждающими мое нынешнее местопребывание, информацию? Но до сих пор никто ни разу не позвонил на мой сотовый номер, который указан в письмах Генеральной прокуратуре», — сказал Алексей Елисеев. Впрочем, пошутив, человек, которого называют одним из близких к окружению сына свергнутого президента Максима Бакиева, заявил, что вчера, 9 июня, он подал иск в Первомайский районный суд города Бишкека. Он просит Фемиду обязать «Азимбека Бекназарова, временное правительство, а также ряд кыргызских информационных агентств опровергнуть недостоверные сведения, которые неоднократно высказывал гражданин Азимбек Бекназаров». Редакция ИА «24.kg», пользуясь случаем, попросила Алексея Елисеева ответить на вопросы. Он согласился. — Алексей Александрович, следствие предъявляет вам серьезные обвинения: валюту, нажитую нечестным путем, в банковских ячейках хранили, отмывали деньги, нанесли большой ущерб государству. А вы в суд. И на кого? На куратора силовых структур, который наверняка знает, что говорит, поскольку имеет доступ к материалам расследований. — Да, в суд. Поскольку все, что заявляет прессе Азимбек Бекназаров, не соответствует действительности. На меня столько грязи выливают! Елисеев якобы передал компании Евгения Гуревича MGN Group денежные средства российского кредита в размере $226,3 миллиона для получения личной прибыли, действуя при этом по предварительному сговору с Максимом Бакиевым. И деньги, которые получены незаконными операциями и преступным путем, Елисеев хранил в банковских депозитных ячейках. Да, я требую от Азимбека Бекназарова публичных извинений, потому что он нанес моей деловой репутации моральный ущерб. — А доказательства у вас есть? — Разумеется. Хочу подчеркнуть, что никакого наказания за то, что у государства денег стало больше, законодательством не предусмотрено. — Доказательства назовете? — Закрытое акционерное общество «Фонд развития Кыргызской Республики», генеральным директором которого я являлся, смогло не только полностью сохранить вверенные ему ресурсы из российского кредита, своевременно уплатив РФ текущие проценты (в сумме более $1 миллиона), но и заработать чистый доход в размере $2,3 миллиона и 2,2 миллиона сомов. Это результат операций по размещению временно свободных денежных средств на внешних рынках и в местных коммерческих банках. — Это, безусловно, хорошо. Но следствие уличает вас в нарушении ряда законов… — Законом КР «О Фонде развития» мне как руководителю было предписано размещать свободные денежные средства, включая заемные, на внутреннем и внешнем рынках высоколиквидных финансовых инструментов. Поэтому моя деятельность на посту генерального директора ЗАО «Фонд развития КР» по временному размещению кредитных ресурсов в высоколиквидные и доходные еврооблигации российских эмитентов является правомерной и обоснованной. Тем более что операции проводились в рамках коллегиального решения совета директоров ФР КР с участием его контрагентов, отобранных в соответствии с Законом «О государственных закупках на основе публичного тендера». — Вам в вину ставят и сотрудничество с оскандаленной компанией MGN Group… — Ни MGN Group, ни ее глава Евгений Гуревич никогда не входили в число консультантов Фонда развития. — Новые власти после апрельских событий, когда вы, Алексей Александрович, в числе прочих поспешили сбежать, заявили, что «приспешники Бакиева вывезли из страны огромные суммы денег». Что скажете в свое оправдание? — Мне ни за какие действия на государственной службе незачем оправдываться. И я никуда не сбегал. Я 4 апреля 2010 года вылетел в США в служебную командировку. Хочу подчеркнуть, что на счетах Фонда развития в Национальном банке на тот момент находилось более $167 миллионов и 1 миллиард сомов. Кстати, суду я представил официальную банковскую справку. Также должен отметить, что в тот же период НБ КР (в результате проведенной специализированной проверки) оценил деятельность Фонда развития как удовлетворительную и осуществляемую им в полном соответствии с действующим законодательством. Официальное письмо с такой информацией также приобщено к материалам судебного дела. Почему Азимбек Бекназаров об этом не рассказывает журналистам? — Мы его обязательно спросим на следующей пресс-конференции. А сейчас можете рассказать о предварительном сговоре с Максимом Бакиевым, в чем вас тоже обвиняет Генеральная прокуратура? — Никакого предварительного сговора в моей трудовой деятельности на посту генерального директора ЗАО «Фонд развития КР» с Максимом Бакиевым быть не могло, поскольку я работал в этой должности в тот период, когда Максим Бакиев не имел никакого отношения к указанной организации. Мною в суд представлены документы, согласно которым я работал в должности руководителя Фонда развития в период с июля по октябрь 2009 года. Максим Бакиев был избран на должность председателя совета директоров ЗАО «Фонд развития Кыргызской Республики» 6 ноября 2009 года. То есть я, Алексей Елисеев, уволен с должности генерального директора как раз в тот день, когда Максим Бакиев приступил к исполнению обязанностей главы наблюдательного органа ФР КР. — Алексей Александрович, вы неоднократно повторяете, что готовы в суде доказать документально свою невиновность. Верите в справедливое, неангажированное правосудие? — Честно? Нет. Понимаете, в силу сложившихся в настоящее время обстоятельств на территории нашего государства невозможна организация какого-либо законного уголовного преследования в отношении любого лица. Дело в том, что по законодательству уголовное преследование на территории КР осуществляется прокуратурой всей полнотой ее полномочий, а также правом руководства и контроля системой, которым обладает исключительно генеральный прокурор. Но сейчас в Кыргызстане нет лица, которое бы на законных основаниях могло исполнять эти обязанности. Полагаю, что лицо, якобы временно исполняющее обязанности генерального прокурора (при всем уважении к Байтемиру Ибраеву с профессиональной и человеческой точки зрения), не вправе на законных основаниях руководить ГП и осуществлять ее полномочия. По закону он не является ни генеральным прокурором, ни лицом, исполняющим его обязанности, поскольку назначение и отстранение от должности руководителя системы прокуратуры производится исключительно президентом страны с согласия Жогорку Кенеша. Господин Байтемир Ибраев приступил к работе на основании так называемого «Декрета временного правительства от 8 апреля 2010 года № 11». Я считаю, что по действующей Конституции названный документ не может стать правомерной альтернативой решению президента и парламента. Следовательно, система прокуратуры в настоящее время не вправе осуществлять уголовное преследование. — В каждой шутке есть доля шутки. Так говорят. Но все-таки скажите, зачем вам $100 тысяч вознаграждения за вашу поимку? — Да я пошутил. А если возвращаться к «моим» деньгам, якобы обнаруженным в банковских ячейках, то скажу откровенно: в моих банковских ячейках никто не мог обнаружить денежные средства, тем более «полученные в ходе незаконных операций». В связи с отсутствием таковых. В арендованных мною в «АзияУниверсалБанке» депозитных ячейках №№ 102, 176 и 307 хранился мой адвокатский архив, а не деньги. — Зачем вы затеваете судебную круговерть с Азимбеком Бекназаровым, временным правительством, журналистами? — Я хочу сохранить честное имя. Я не воровал у государства, и у соседа тоже. Я всегда и везде работал честно. С 2002 по 2009 год имел адвокатскую практику (лицензия Министерства юстиции № 00813 от 30 августа 2002 года). Да, у меня была недвижимость, автомобиль, но я заработал все сам. И все это не записано на подставные лица, потому что у меня вообще не было необходимости придавать правомерный вид владению и пользованию своим имуществом, поскольку все мои доходы — законные. Все они своевременно задекларированы с уплатой предусмотренных законом налогов. Источник: 24.kg Ссылка на новость: http://www.for.kg/ru/news/123649/

Экс–глава Фонда развития, а ныне независимый юрист Алексей Елисеев подал в суд на временное правительство и Азимбека Бекназарова.
Елисеев обратился в Первомайский районный суд города Бишкека с иском к “гражданину Азимбеку Бекназарову и организации (группе лиц), назвавшей себя временным правительством Кыргызской Республики”. Он просит суд обязать Бекназарова и ВП, а также ряд кыргызских информационных агентств опровергнуть недостоверные, по его мнению, сведения. В частности, о том, что Елисеев якобы передал компании MGN Group Евгения Гуревича российский кредит в размере 226,3 миллиона долларов для получения личной прибыли, действуя при этом по предварительному сговору с Максимом Бакиевым.
Кроме того, истец считает недействительной информацию о том, что он хранил в банковских депозитных ячейках денежные средства, полученные в ходе незаконных операций. Он заявляет, что указанные сведения порочат его честь, достоинство и деловую репутацию, поэтому требует от Бекназарова публичных извинений.
Елисеев полагает: поскольку в рамках закона никаких реальных уголовных дел в отношении него не возбуждалось, “высказанные Бекназаровым обвинения являются частным мнением этого гражданина”, для обсуждения которых он предлагает воспользоваться процедурой гражданского судопроизводства.
Что касается использования средств российского кредита, в отношении чего власти завели на него уголовное дело, Елисеев заявил: “Никакого наказания за то, что у государства денег стало больше, законодательством не предусмотрено”. Бывший глава Фонда развития считает, что Уголовным кодексом не предусмотрена ответственность за сохранение и приумножение государственных денежных средств.
— А именно в этом фактически пытается обвинить меня Азимбек Бекназаров в своем заявлении, достоверность чего я оспариваю в районном суде Бишкека, — отметил он. — В результате операций по размещению временно свободных денежных средств на внешних рынках и в местных коммерческих банках Фонд развития смог не только полностью сохранить вверенные ему ресурсы из российского кредита, своевременно уплатив Российской Федерации текущие проценты (в сумме более одного миллиона долларов), но и заработать чистый доход в размере 2,3 миллиона долларов и 2,2 миллиона сомов.
Эксперты неоднократно замечали, что незаконные проверки, экспроприация частной собственности (национализацией это действо язык не поворачивается назвать) приведут к судебным разбирательствам. Так что иск Елисеева, возможно, не последний. Кто следующий?

Вечерний Бишкек, июнь 2010г.

Отрывок из публикации — Вечерний Бишкек — 4 мая 2010г.

Интересно, сколько же олигарх Максим Бакиев оставил в подконтрольных ему банках себе на карманные расходы? Принадлежность же средств именно ему вызывает также большие сомнения. Наличие денежных средств в ячейке, адресованной на имя Алексея Елисеева, заместителя Бакиева–младшего, является также большим преувеличением.
— В арендованных мною у ОАО “АзияУниверсалБанк” депозитных ячейках за № 102, 176 и 307 хранился мой адвокатский архив, а не денежные средства. В период с 2002 по 2009 год у меня была собственная юридическая практика (лицензия Министерства юстиции Кыргызской Республики на право занятия адвокатской деятельностью от 30 августа 2002 года № 00813). С переходом в конце 2009 года на государственную службу я приостановил эту деятельность. Соответственно за время ее осуществления у меня возник архив документов по правовой помощи, оказанной клиентам. Наиболее важную документацию я, естественно, хранил в банке, полагая, что банковское учреждение является безопасным от проникновения посторонних лиц. Других ячеек в банках Кыргызстана у меня не имеется, — заявил Елисеев, до которого удалось дозвониться.
— У меня не было необходимости скрывать подлинный источник происхождения своих денежных средств, поскольку мои доходы являются законными. Они были своевременно мною задекларированы с уплатой предусмотренного законодательством подоходного налога. Их подлинными источниками являются заработная плата, гонорары и вознаграждения, пенсия по инвалидности, дивиденды, а также доход от продажи имущества. Официально задекларированное мною на последнюю отчетную дату имущество и доходы составляют 112 миллионов 95 тысяч сомов. При этом большая часть моего дохода возникла до 2008 года, то есть в период, когда я не имел никакого отношения к государственной службе и Фонду развития, а занимался адвокатской предпринимательской деятельностью, — заявил Елисеев.
И добавил, что об имуществе, изъятом из других ячеек, не имеет информации.
До остальных лиц, которые фигурируют в бакиевских делах, по старым номерам телефона дозвониться по понятным причинам не получилось.

Распространенные ответчиком сведения о том, что «Ячейки, в которых были обнаружены денежные средства, согласно заключенным депозитным договорам принадлежали … Елисееву Алексею Александровичу …» являются недостоверными, поскольку:

(а) в арендованных мною у ОАО «АзияУниверсалБанк» депозитных ячейках за №№ 102, 176 и 307 хранился мой адвокатский архив, а не денежные средства. В период с 2002 г. по 2009 г. у меня была собственная юридическая практика (лицензия Министерства юстиции Кыргызской Республики на право занятия адвокатской деятельностью от 30 августа 2002 года № 00813). С переходом в конце 2009 года на государственную службу я приостановил эту деятельность.  Соответственно, за время ее осуществления у меня возник архив документов по правовой помощи, оказанной клиентам. Наиболее важную документацию я, естественно, хранил в банке, полагая, что банковское учреждение является безопасным от проникновения посторонних лиц. Других ячеек в банках Кыргызстана у меня не имеется;

(б) для того, чтобы обнаружить что-либо в банковской депозитной ячейке ее необходимо открыть. А чтобы узнать информацию о владельце ячейки ее нужно получить. Однако, в соответствии со ст.4 Закона Кыргызской Республики «О банковской тайне» от 23 июля 2002 года № 122 сведения о клиенте банка, о совершенных им операциях, а также любые другие сведения, которые были доверены или стали известны банку в процессе отношений между банком и клиентом, считается банковской тайной. Соответственно, предоставление указанных сведений следственным органам и другим лицам, а также получение доступа к содержимому банковских ячеек допускалось только на основании судебного акта, вынесенного в соответствии с процессуальным законодательством Кыргызской Республики (п.1 ст.10 Закона «О банковской тайне»).

Исходя из того, что, как было показано выше, правомерных процессуальных действий по уголовному преследованию на территории Кыргызской Республики в настоящее время совершить невозможно, а в отношении меня для таких действий вообще отсутствовало какое-либо основание, то получить законный судебный акт о доступе к моей банковской информации  и содержимому моих депозитных банковских ячеек не представлялось возможным;

(в) в соответствии с ч.4 ст.17 Закона Кыргызской Республики «Об адвокатской деятельности» от 21 октября 1999 года № 114 истребование, изъятие, осмотр, проверка, копирование документов, связанных с юридической помощью допускается лишь с согласия клиента, или привлечения адвоката в качестве обвиняемого.  Согласно ч.2 ст.16 Закона Кыргызской Республики «Об адвокатской деятельности» уголовное дело в отношении адвоката в связи с его профессиональной деятельностью может быть возбуждено только генеральным прокурором или его заместителем.

Очевидно, что мои клиенты не давали согласия на изъятие, осмотр и проверку документов, находящихся в моих банковских ячейках. Генеральный прокурор не возбуждал в отношении меня уголовное дело с предъявлением обвинения в связи с моей профессиональной деятельностью. Как заявил сам ответчик, уголовное дело, якобы, возбуждено прокуратурой г.Бишкек, а не Генеральной прокуратурой. При этом, как было пояснено ранее, никакого уголовного дела на самом деле не было. Следовательно, правомерного вскрытия моих банковских ячеек на самом деле не было, и никто на законных основаниях не может говорить об их содержимом.

2. Являются ложными измышления ответчика о том, что «Таким образом, в ходе производства обыска обнаружены денежные средства в особо крупном размере и имеются основания полагать, что обнаруженные денежные средства … А.Елисеевым … были получены в результате совершения незаконных операций с денежными средствами, приобретенными преступным путем, которые в последующем были помещены в депозитные ячейки, для дальнейшего придания правомерного вида владению, пользованию денежными средствами и сокрытия подлинного источника происхождения денежных средств.», в связи с тем, что:

(а) как было указано выше, в ходе производства обыска не были обнаружены денежные средства в особо крупном размере, принадлежащие А. Елисееву, так как не было законного обыска, а в моих банковских ячейках вообще отсутствовали какие-либо денежные средства;

(б) у меня не было какой-либо необходимости придавать правомерный вид владению и пользованию своими денежными средствами и скрывать подлинный источник к их происхождения, поскольку все мои доходы являются законными. Эти доходы были своевременно мною задекларированы с уплатой предусмотренного законодательством подоходного налога (копии деклараций прилагаются). Их подлинными источниками являются: заработная плата, гонорары и вознаграждения, пенсия по инвалидности (я являюсь инвалидом 2-ой группы по зрению), дивиденды, а также доход от продажи имущества. Официально задекларированное мною на последнюю отчетную дату имущество и доходы составляют 112 095 000,00 сом. При этом большая часть моего дохода возникла до 2008 года, то есть в период, когда я не имел никакого отношения к государственной службе и Фонду развития, а занимался адвокатской предпринимательской деятельностью;

(в)  в соответствии с п.7 ст.15 Конституции Кыргызской Республики каждый считается невиновным в совершении преступления, пока его виновность не будет признана вступившим в законную силу приговором суда. Поскольку вступившего в законную силу приговора суда о совершении мною незаконных операций с денежными средствами, а также преступного деяния по их приобретению не существует, то заявлять об этом не законно;

(г) В силу п.2 ст.916 ГК Кыргызской Республики при хранении ценностей в индивидуальном банковском сейфе банк обеспечивает клиенту возможность помещения ценностей в сейф и изъятия их из сейфа вне чего-либо контроля, в том числе и контроля со стороны банка. Таким образом, банк не имеет вообще никакой информации о содержимом банковского индивидуального сейфа (ячейки). Исходя из этого,  невозможно придать правомерный вид денежным средствам путем помещения их в банковские депозитные ячейки (индивидуальный банковский сейф), поскольку хранение ценностей в такой ячейке ничем не отличается от их тайного содержания дома или другом месте (за исключением банковской охраны самого помещения, где находятся сейфы).